Бессимвольная школа Рейки

ВОЛШЕБНЫЙ КАРАНДАШ.
Мне когда восемь лет исполнилось, подарили на день рождения родители коробку карандашей разноцветных. Люблю я очень карандаши и краски, и вообще все, в чем полный набор разнообразия есть. Хотя рисовальщица из меня не очень, поэтому посмотрела я на них, потрогала, пахнут деревом настоящим, рассмотрела каждый, как заточен, да и не решилась рисовать, затуплю еще попусту, а то и сломаю. Так и остался чистый лист на столе. А когда спать легла, слышу шорох какой-то, поднимаю голову, карандаши все из коробки повылезали, чистый лист окружили и рисовать задумали. Серый - самый смелый, первым на лист ступил, шир-шир, намазал там чего-то. Гляжу, пятна какие-то серые, лохматые и как будто уши длинные сверху. Спрашиваю его – Зайцы что ли, но почему взъерошенные такие, под дождь что ли попали? Или ежи, но уши тогда зачем? Он смутился, сверху мех гладкий быстренько изобразил, потом ластик позвал, попросил уши стереть. Вобщем, опять непонятно кто, совсем запутался. Я говорю, ладно, давай лучше волка нарисуй. Он говорит, вечно волков рисую, надоели уже. Ну, тогда слона, говорю. Вдохновился он, давай ширкать по листу, слон здорово у него начал получаться, все на месте – и хобот, и уши, и все остальное. Другие карандаши тоже все подскочили, кто что подрисовывает. Красный – попону слону рисует, зеленый траву под ним, желтый – солнышко сверху с лучами. Даже черный нашел себе занятие – ласточки как будто над слоном кружатся. Так и мелькают карандаши, увлеклись не на шутку. Мальчишку на слоне изобразили в оранжевом тюрбане и четки фиолетовые у него, как будто из аметиста. Я почему знаю, у бабушки кольцо есть с аметистом, красивое очень. Все рисуют, один-единственный карандаш в коробке лежит. Я его достала, цвет такой необычный, как будто молочный туман в нем клубится и искорки золотые то там, то сям вспыхивают. Спрашиваю его, а ты чего, рисовать не умеешь? Он говорит, я все могу, я волшебный. Я говорю, ну раз ты волшебный, то нарисуй что-нибудь волшебное - единорога, например. И он прямо в воздухе - раз, раз и готов единорог. Красивый такой, весь из молочного тумана, рог золоченый и искорки золотые по нему вспыхивают. И живой! Хоп, и ускакал, только копытца алмазами сверкнули. Здорово, говорю, а еще что можешь? Он говорит, все. Ты теперь хозяйка, ты и заказывай. Я говорю, хочу серьги, гвоздики золотые с рубинами. Он мигом нарисовал! Настоящие! Какие хотела! Я говорю, новые джинсы с ремнем, какие в магазине видела! Раз – и джинсы! Точно такие! Я уже увлеклась, только успеваю перечислять – куклу, как у подруги Катьки! Коньки роликовые! Хомяка живого в клетке! Мяч волейбольный как у взрослых! Телефон сотовый, как у папы! Шоколадного медведя, самого огромного! Все нарисовал! Вот это да! Остановилась я передохнуть и подумать, чего же еще хочу такого. И вспомнила тут про подружку свою, одноклассницу Настю. Мамы у Насти нет, умерла. А папа совсем бестолковый, когда Настя совсем маленькая была, кипятком ее облил. Случайно, конечно. У Насти теперь ожоги, как веревки уродливые белые, все руки перетягивают. Мне всегда хотелось, чтобы у Насти и мама была, как у всех, и руки здоровые. Спрашиваю, Карандашик, а можно сделать так, чтобы у Насти мама была, а ожогов не было? Обернулась к нему, а он крошечный совсем стал, не больше сантиметра, весь на мои желания изрисовался. Он говорит, на одно желание только меня осталось, выбирай либо маму, либо руки. Заплакала я тут и проснулась. Карандаши в коробке лежат, бросилась я к ним, высыпала на стол, стала искать волшебный карандаш, хоть огрызок, на одно желание хотя бы. Нету! А вещи все, что во сне заказывала, все рядом лежат, родственники надарили, день рождение ведь у меня – и серьги с рубинами от бабушки, и ролики от дяди Пети, и тети Анжелины джинсы. Хомяка старший брат Данька принес. А папа мне свой телефон отдал, потому что себе новый купил. Так мне грустно стало, пошла я погулять, чтобы отвлечься от сна. Смотрю, навстречу Настя идет и какую-то незнакомую тетеньку за руку держит. Симка, говорит, у меня теперь тоже мама есть! Папа Настин, оказывается, женился и теперь они все вместе жить будут. И тетенька хорошая такая, все смеется и Настю так ласково по волосам гладит. Пошли они дальше, а я посмотрела им вслед и шепчу, спасибо, карандашик! Тут Настя обернулась ко мне и говорит, Симка, представляешь, мама меня в каникулы на лечение повезет, в самую лучшую больницу, которая ожоги лечит. Здорово, Настюша, говорю. Пошла я домой, села перед карандашами и чистым листом. Карандаши тихо так лежат. Взяла я серый, стала слона рисовать и неплохо так слон у меня получился, сама не ожидала, все на месте – вот хобот, вот хвост. Или наоброт? Да, не важно. Видно же, что не носорог.
Важно, а кто же второе желание-то исполнил?